Просмотров: 5480
invisible

Содержание

Суррогатная мать и генетические родители

Российский закон признает матерью ребенка женщину, которая его выносила и родила. Этот принцип стал причиной главной проблемы суррогатного материнства: права на рожденного таким способом ребенка изначально принадлежат суррогатной матери.

Что делать генетическим родителям? Рассказываем о приемлемых путях решения и новом взгляде Верховного Суда РФ на защиту родителей, применивших вспомогательные репродуктивные технологии.

Суррогатное материнство – в чем особенность?

Суррогатное материнство есть вид вспомогательной репродуктивной технологии рождения ребенка, при которой женщина – суррогатная мать – вынашивает эмбрион доноров половых клеток – потенциальных родителей или одинокой бесплодной женщины.

Между женщиной (исполнителем) и потенциальными родителями (заказчиками) заключается гражданско-правовой договор, по которому первая обязуется пройти процедуру имплантации чужого эмбриона, выносить его и родить ребенка, а вторые должны оплатить все расходы и выплатить конечное вознаграждение.

Таким образом, биологическими родителями таких детей являются именно доноры половых клеток, а не суррогатные матери, в отличие от ЭКО, искусственного оплодотворения или донорства в чистом виде.

Суррогатная мать забрала ребенка – это вообще законно?

Формально, к сожалению, да. Причина коллизии кроется в пробелах правового регулирования института суррогатного материнства.

В соответствие с Семейным кодексом, потенциальные родители могут быть записаны таковыми органами ЗАГС в книгу записей рождений исключительно с письменного согласия сурматери. Нет записи – нет родительских прав, в частности по воспитанию детей. Грубо говоря, ребенка нельзя “забрать себе” от номинально записанной матери.

Договор на вынашивание эмбриона, как правило, содержит условие, что мать-исполнитель в течение месяца (срок подачи заявления о регистрации рождения по Закону Об актах гражданского состояния) после родов обязана дать супругам-заказчикам письменное согласие на запись и в дальнейшем не претендовать на воспитание ребенка.

Однако закон имеет приоритет над гражданско-правовым договором. Из-за этого на практике подобное условие не имеет защитного смысла для генетических родителей. Более того, положение о передаче ребенка юридически ничтожно, то есть не порождает категорической обязанности, поскольку человек не может быть объектом сделки.

Что генетические родители могут сделать?

Оспорить в суде запись о матери и просить передать ребенка на воспитание им.

Это основной способ восстановления прав настоящих матери и отца. Особенность состоит в возможности его использования только после рождения ребенка в ситуации, когда суррогатная мать не дает согласие на запись. До этого момента отсутствует предмет спора, а именно родительские права.

До 2017 года в судебной практике не было решений об отобрании детей у сурматерей.

Семейным кодексом установлено, что фактические родители не вправе при оспаривании записи об отцовстве и материнстве ссылаться на применение процедуры имплантации эмбриона из своего полового материала чужой женщине. Это положение закона было главным камнем преткновения.

Однако 16 мая 2017 Пленум Верховного Суда РФ утвердил Постановление № 16, в котором впервые указал курс практики разрешения споров об установлении происхождения детей, рожденных с помощью репродуктивных технологий.

Конкретно, Пленум разъяснил, что в ситуации, когда суррогатная мать отказала в согласии на запись родителями супругов-заказчиков, эти лица могут оспорить ее материнство, ссылаясь на иные обстоятельства, способные подтвердить их родительские права. А сам факт имплантации эмбриона не является безусловным основанием для отказа в признании родителями доноров биологического материала и передаче ребенка им на воспитание.

Верховный Суд предлагает разрешать подобные коллизии исходя из трактовки условий договора суррогатного материнства, факта использования половых клеток супругов-заказчиков и причины, почему суррогатная мать не дает согласие на запись родителями доноров. Перечень обстоятельств открытый, можно приводить и другие аргументы.

Обязательным условием в Постановлении значится разрешение спора в наилучшем обеспечении интересов ребенка, а не претендующих на него родителей.

Таким образом, для биологических матери и отца успешный исход дела зависит от доказанности факта, что с ними ребенку будет лучше. Например, свою роль могут сыграть низкая зарплата сурматери при наличии других несовершеннолетних в семье, ее корыстные мотивы в виде получения социальных выплат и льгот по беременности и родам, абсолютное отсутствие генетического родства с ребенком, разная с ним национальность и подобное.

Что касается процессуальной стороны спора, то дела о правах на детей рассматриваются районными судами в порядке искового производства. Истцами выступят потенциальные родители, ответчиком – суррогатная мать.

Первый прецедент удовлетворения иска супругов-заказчиков уже создан и привлек много внимания.

В сентябре 2017 года Санкт-Петербургский городской суд встал на сторону истцов Фроловых – генетических родителей близнецов, рожденных от сурматери Суздалевой. После родов женщина потребовала от заказчиков двойную оплату за многоплодную беременность, хотя условия договора на вынашивание предполагали только компенсацию в меньшей сумме. После отказа ответчица записала матерью себя, забрала близнецов и, как многодетная, стала пользоваться льготами и получать выплаты по уходу за детьми. Фроловы последовательно выиграли два суда: о записи себя матерью и отцом и о передаче сыновей на им воспитание (источник: «Российская Газета»).

Через суд взыскать с сурматери компенсацию за неисполнение договора на вынашивание эмбриона.

Нарушение договорного обязательства суррогатной матерью влечет обычные гражданско-правовые последствия: обязанность возместить убытки, выплатить штрафы и компенсации. Супругам следует руководствоваться условиями заключенного контракта.

Договор на вынашивание эмбриона, обычно содержит положение, что исполнительница в случае отказа в согласии на запись заказчиков в качестве родителей обязуется возместить все произведенные расходы: на процедуру подсадки эмбриона, врачебное наблюдение беременности, родовспоможение, лечение послеродовых осложнений, покупку витаминов, еды и одежды, оплату аренды отдельного жилья. Штраф, как карательная мера за неисполнения договора, тоже обычно заранее оговаривается в твердой сумме. Такими условиями можно воспользоваться.

При отсутствии в контракте мер ответственности, потенциальные родители могут взыскать с сурматери убытки в общем гражданско-правовом порядке. Также целесообразно потребовать компенсацию морального вреда.

Такая мера защиты напрямую не направлена на возврат детей и получение законных родительских прав. Но, во-первых, тягостные судебные споры и взыскание солидных денежных сумм с недобросовестной сурматери могут изменить ее решение. Тогда косвенным путем цель супругов будет достигнута. Во-вторых, как минимум, будут компенсированы материальные траты на неудачную репродуктивную процедуру.

Заявить в полицию на суррогатную мать, которая не отдает ребенка.

Обращение в правоохранительные органы целесообразно, когда суррогатная мать, забрав ребенка, требует от родителей денег, сопровождая это угрозами, шантажом или оскорблениями. Подтвержденные противоправные действия женщины станут основанием для возбуждения уголовного дела о вымогательстве, оскорблении или даже угрозе убийством.

Этот способ может помочь потенциальным родителям тоже только косвенно. Однако уголовное дело, сопряженное с иском об установлении отцовства и материнства, вполне может стать аргументом в гражданском деле против суррогатной матери, которая забрала ребенка.

Вместо послесловия. В июле 2017 года депутаты Госдумы отклонили законопроект о полном запрете суррогатного материнства.

Вместо этого предлагается доработать законодательство о репродуктивных технологиях. Задачи: нахождение баланса интересов сурматерей, генетических родителей и детей; правовое регулирование договора вынашивания эмбриона; организация государственного контроля за клиниками, оказывающими услуги по лечению бесплодия.

Участие наших адвокатов в деле о суррогатном материнстве (передача "Человек и Закон")